Frontespizio Giovanni Battista Piranesi_fonte Cambi Aste

Piranesi. Венецианский архитектор. Часть 1

У каждой эпохи есть свои яркие персонажи. Правители, военачальники, первооткрыватели, художники. И обычно это десяток имен, которые знакомы даже не слишком посвященным: фигуры настолько яркие, что история выделила их среди множества. В свое время они определяли события, настроения и вкусы своего и следующих времен, а иногда помогали изменять их радикально. Некоторые испытали славу при жизни, другие были заново открыты и вознесены на ее вершины после. При имени Пиранези многие представляют офорты с архитектурными фантазиями римской старины, другие мрачную серию “Тюрьмы”, которая кажется иллюстрацией к романам Кафки, на два столетия опередившей рождение текстов. Последний архитектор барокко в Риме и первый модернист и романтик в графике, Джованни Баттиста Пиранези родился в Венеции 4 октября 1720 года. Трехсотлетию со дня его рождения посвящается этот материал. (Здесь часть 2часть 3).

Истоки. Венеция

Тот факт, что Пиранези родился 4 октября именно в Венеции, оспаривался историками еще до недавнего времени. В течение всего XIX и ХХ века назывался городок Мольяно Венето на terraferma, большой земле, где его отец якобы оказался с семьей на момент появления на свет сына. Такие надписи про рождение в Мольяно высечены даже на одном из его мраморных бюстов в Ватиканских музеях, остались во многих энциклопедиях. Историкам было недостаточно, что сам он всегда подписывался Giambattista Piranesi Architetto Veneziano – и связь с Венецией для него оставалась важной на протяжении всей жизни. Но нужны были подтверждения.

Luca Carlevarijs. Венеция. Вид на мол. 1710-1715

И вот в 1978 году критик и журналист Энцо ди Мартино заново опубликовал документ, который еще в 1918-м нашел в архивах венецианской Библиотеки Марчиана французский историк искусства Анри Фосийон, под носом у итальянских ученых. Правда, тогда на это открытие никто не обратил внимания. А напрасно, потому что из нескольких строк церковной записи от 8 ноября 1720 года прихода Сан-Мозе в сестьере – квартале Сан-Марко можно было узнать много интересного.  

Акт о крещении «A dì 8 9mbre 1720 Juanne Battista fio de Anzolo Piranese Tagliapietra de Giacomo…».  Скриншот

Отец младенца, нареченного Juanne Battista, резчик по камню Анзоло был подписан как Piranese, с “e” на конце, что ясно означало его происхождение из словенского города Пирано, откуда с Х века в Венецию поставлялся главный строительный материал – истрийский камень. Мать, мадонна Лаура Луккезе была сестрой известного в городе архитектора Микеле Луккезе, на важной должности proto, строителя-гидротехника на службе Магистрата Вод при Венецианской республике. Крестным отцом в документе записан дворянин Зуанн Вадиман, и это косвенно подтверждало, что словенец Анзоло (Анжело) Пиранезе был достаточно хорошо интегрирован в жизнь города в лагуне. Крестная, она же акушерка, некая Мадалена Пальоцци записана как прихожанка церкви Санта-Мария-дель-Джильо, известной в Венеции как славянская, для далматинцев и истрийцев. Славянин по отцу, венецианец по матери и по сути, Джамбаттиста первым стал подписываться как Piranesi, зачеркнув тем связь со словенским происхождением отца.

Luca Carlevarijs. Церковь Сан-Мозе. Из серии «Le fabriche e vedute di Venetia». 1703

В семье Анцоло и Лауры было 11 детей, не все они дожили до взрослого возраста. Достоверно известно об одном из братьев Джамбаттисты, Анжело, который получил достойное классическое образование и стал монахом-доминиканцем. Вероятно, именно благодаря старшему брату во взрослом возрасте Пиранези мог похвалиться вполне приличным владением латынью и отличным знанием истории Рима. Имя одной из младших сестер Пиранези, Луиджи, всплыло в завещании отца, оставившего почти все скромное наследство ей, бывшей на тот момент еще незамужней. 

Репродукция Каналетто. Канал Гранде с церковью Сан-Симеон-Пикколо. London National Gallery. Проект Джованни Скальфаротто

Обучить и пристроить к делу такое число детей семье было непросто. И хотя у Анцоло в ту пору дела шли неплохо – он был capomastro, что-то вроде прораба на стройке, первым учителем Джамбаттисты стал его дядя-эрудит Микеле, тот самый архитектор Магистрата вод, почитатель Палладио и Витрувия, любитель музыки и археологии. Это и сыграло главную роль в профессиональном выборе мальчика. Луккезе, видимо, стал и одним из первых, кто столкнулся со строптивым и независимым характером Джамбаттисты.

Но скоро подросток побил горшки с дядей, и, по некоторым сведениям, перешел в мастерскую другого венецианского архитектора, Джованни Скальфаротто, прото Арсенала, занятого на множестве рутинных работ по оценке состояния, реставрации и ремонту существующих зданий фабрики. А также церквей, колоколен, алтарей в городе и на большой земле. Что касается рисования, первые уроки рисунка и перспективы, кроме зарисовок и обмеров на архитектурных площадках, молодой человек мог получить в знаменитой печатной мастерской Дзукки, у Карло, способного театрального художника и гравера, человека успешного и предприимчивого.

Фердинандо Галли Бибиена (1657–1743), Лист 49 в альбоме «Direzioni della Prospettiva Teorica…», 1732. Гравюра

Нет документальных подтверждений учебы у популярного в то время сценографа и декоратора из Болоньи Фердинандо Бибиены, но Пиранези не мог пройти мимо его фундаментального труда Architettura civile – “Гражданская архитектура”, который развивал тему угловой перспективы и популяризовал новые веяния в театральной декорации. Впрочем, о какой-то его длительной учебе или рисовальной практике в Венеции упоминаний не сохранилось.

Фердинандо Галли Бибиена. Эскиз сценографии, нач. XVIII века. Тушь, перо, акварель. Флоренция, Galleria degli Uffizi, Кабинет рисунков и эстампов

В биографии архитектора Скальфаротто есть один интересный факт – почти сорокалетним он в компании коллег-земляков предпринял поездку в Рим с образовательными целями. И для него, видевшего античность только как отблеск в венецианской архитектуре Палладио, это перевернуло мировоззрение, а кроме того самым положительным образом сказалось на профессиональной карьере по возвращении. Возможно, именно рассказы пожилого наставника подтолкнули Пиранези отправиться в 1740 году в Вечный город – в поисках лучшей доли, так как родина не сулила ничего интересного в профессиональном плане сыну скромного каменщика без высоких связей.

Так он оказался в качестве рисовальщика в составе официальной делегации посла Венеции Франческо Веньера, с приветственной миссией от Республики к новоизбранному 17 августа Папе Бенедикту XIV. Выехав в начале сентября, спустя месяц Джамбаттиста мог праздновать свои 20 лет уже в Риме. Делегация разместилась в палаццо Венеция, в двух шагах от Капитолийского холма и Форума.

Вечный город

Рим середины XVIII был не только городом возможностей, но и божественной красоты руиной, ценность которой современникам еще предстояло оценить. А пока эти прото-антиквары активно копали, растаскивали, копировали и продавали все то, что просто лежало под ногами. К счастью, покупателей было хоть отбавляй, особенно среди британцев. Время продолжало подтачивать камни, а природа причудливо укрывала их бурными зарослями деревьев и плюща.

Сказать, что “говорящие руины” Рима перевернули воображение Пиранези, ничего не сказать. Грандиозность римской античности не имела ничего общего с камерной, вычурной Венецией. Здесь вся история Древнего Рима, знатоком которой он себя считал, лежала перед ним в материальных иллюстрациях, и ее можно было “листать” как книгу. Точный глаз рисовальщика, свободно владеющего перспективой, знание принципов венецианской пейзажной живописи ведуты, врожденное чутье сценографа – это был привезенный с Адриатики бесценный багаж, другого по бедности происхождения не оказалось.

Пиранези. Триумфальная арка (ок. 1745-1750), бистр, перо, акварель, British Museum, Лондон

От венецианской архитектурной практики и первых наставников у Пиранези осталась идея ответственного подхода к архитектуре как миссии, как к сумме знаний и умений, которые отвечают за благополучие, цивилизацию, земли и само государство. В Венеции с ее особыми условиями это было залогом и законом выживания. С этой привитой на родине ответственностью Джамбаттиста решил стать хронистом римских древностей и так спасти их от забвения:

“Когда я понял, что в Риме большинство древних памятников лежат заброшенными на пустырях или в садах, или служили карьерами для новых построек, я решил сохранить их память своими гравюрами. Поэтому постарался делать их с максимальной точностью”.

Пиранези не хватало только техники, чтобы начать переносить все эти виды на бумагу. Способный рисовальщик, он прекрасно понимал недостаток некоторых практических навыков, и очень скоро стал брать уроки у художников-сценографов Доменико и Джузеппе Валериани, известного в городе гравера Карло Нолли. С Нолли работал над созданием уменьшенной копии его знаменитого “Плана Рима”, вышедшего несколькими годами позже. Около 1742 года изучал основы офорта у Джузеппе Вази, владельца одной из самых популярных печатных мастерских калькографии в Риме, как тогда называли технику глубокой печати. В то же время практиковался в переводе в эстамп чужих рисунков – занятие это не вызывало большого энтузиазма у Джамбаттисты, но помогало оттачивать технику гравировки и травления.

Пиранези. Фантазия с дворцом. Бистр, перо, размывка акварелью

Отличие и преимущество Пиранези перед его римскими учителями эстампа было в том, что он все-таки был архитектором, ощущал себя архитектором, именно так с гордостью подписывал свои офорты – Architetto Veneziano. Опыт обмеров в родном городе при дяде, потом при Скальфаротто и знание Перспективы (он писал с заглавной) прекрасно пригодились ему в Риме, чтобы создавать рисунки и планы “с максимальной точностью”. Позднее Джамбаттиста писал, что перед глазами у него стояли аккуратнейшие и точные рисунки, сделанные столетие назад на тех же местах его великим земляком “бессмертным Палладио”.

Пиранези. «Атриум с колоннами и куполом», около 1740-1743; бистр, перо, серая размывка, черный мелок

Так молодой человек и курсировал: между руинами Форума и Виллой Адриана, Колизеем и Тибериной. Между зарисовками и обмерами римских древностей и библиотеками, где консультировался и сверялся. Например, по собранию своего первого мецената Николы Джоббе, распорядителя работ на папских стройках, римского эрудита с богатой коллекцией “Картин… Рисунков, Книг и Гравюр, … объединенных … изысканным вкусом и знаниями”.

В итоге уже в 1743 году вышла “Первая часть архитектурных форм и перспектив, изобретенных и выгравированных Джо. Батта. Пиранези, венецианским архитектором”. Серия из двенадцати листов, выполненных резцом и травлением, отличалась неожиданными ракурсами и была результатом большой аналитической работы. Свой дебют автор логично посвятил Николе Джоббе. Сам отличный рисовальщик, этот щедрый покровитель, судя по благодарным письмам Пиранези, научил его по-новому видеть, а не буквально фиксировать “августейшие реликвии, которые до сих пор хранят древнее величие и великолепие Рима”. Научил его, как быть оригинальным – интерпретировать, а не копировать. И возможно это стало более ценным уроком, чем все тонкости офортного дела вместе взятые.

Пиранези. «Первая часть…», фронтиспис с посвящением меценату «…Dedicate al Sig. Nicola Giobbe», 1743

Освоение вновь открывшегося мира шло большими шагами – в тот же год Пиранези со своим новым приятелем, земляком Антонио Коррадини впервые отправился в Неаполь, чтобы увидеть знаменитые образцы местного барокко. А еще обязательно посетить археологические раскопки Геркуланума, места нового паломничества со всей Европы, случайно открытого в 1709 году под двадцатиметровым слоем вулканической породы.

Символы Accademia dell’Arcadia — свирель Пана, венок из лавра и сосны. Год основания 1690, Рим

Не имея помощи от семьи и устойчивого дохода, он в первые римские годы активно стремился наладить как можно больше полезных связей, залога возможных заказов и финансовой поддержки. Через Джоббе завел знакомство с архитекторами Луиджи Ванвителли и Николой Сальви. А еще его “Первая часть…” нужна была в качестве пропуска в Аркадскую Академию, престижное римское сообщество людей культуры самого разного социального статуса, включая поэтов, композиторов, сановных патрициев и даже пап. Поэтому, кроме посвящения Джоббе, на фронтисписе – титульном листе – Пиранези выгравировал пейзаж, который был вполне конкретной аллюзией на поэтическую Аркадию. Когда ему исполнилось 24, он был допущен в кружок аркадийцев с удивительным псевдо Salcindio Tiseio, и охотно цитировал его на титулах своих графических томов.

Рим. Ворота в Аркадийскую Академию у подножия холма Яникул. 2021. Фото ©Anna Kolomiyets

В 1745 году вышла серия офортов небольшого формата “Различные виды древнего и современного Рима”, плод коллективного труда нескольких видных граверов. Больше половины из сорока семи листов были сделаны Пиранези. Серия оказалась коммерчески успешной – в то время рос феномен Grand tour, и одной из обязательных целей “культурного туризма” богатых сыновей европейских аристократов был Рим. Это давало Джамбаттисте некоторую надежду на возможность независимого и сытого существования.

***

Репродукция Антонио Визентини. Вид на колонну Св. Теодора при входе в канал Гранде. © Аукционный Дом Gonelli Casa d’Aste. Libreria Antiquaria Gonelli

Но все же, сколько он ни трудился, первый его римский период финансово не задался. И в июле того же года Пиранези решил вернуться в Венецию, чтобы попробовать найти себе более надежное занятие там. Судя по другим свидетельствам, в 1744-м он уже ездил на родину – осмотреться. Все-таки дома и стены помогают, но так не вышло.

Главной пользой этого недолгого пребывания стало знакомство с Джамбаттистой Тьеполо и Антонио Каналетто, лично и по работам – что принципиально. Важно, что Пиранези имел возможность еще раз оценить гармонию венецианской ведуты и архитектурных капризов, с их меланхолией и декадансом, которые так нравились клиентам. Заодно он с досадой убедился, что все ведущие позиции в деле изготовления эстампов уже заняты: на Каналетто работала целая боттега подмастерьев, которая переводила его живописные полотна в гравюры.

Каналетто. Архитектурный каприз с руинами и классическими постройками. 1756-1757. Museo Poldi Pezzoli, Милан, фото с выставки Grand Tour. Мечта об Италии от Венеции до Помпей

Кроме него тут успешно заполнял рынок эстампов другой мастер-гравер и тоже архитектор, Антонио Визентини, отрисовавший на тот момент практически все палаццо на канале Гранде и собор Святого Марка со всеми его декорами и мозаичными полами. У обоих уже был прекрасно сформированный круг покупателей и благосклонность могущественного британского посла Джозефа Смита, главного коллекционера и популяризатора венецианской ведуты если не в мире, то по крайней мере среди своих земляков. 

Франческо Поланцани “Пиранези как античный бюст”, лист из серии “Opere varie di Architettura,  prospetive, grotteschi, antichità; inventate ed incise da Giambattista Piranesi Architetto”, 1750

Так что мысли об открытии своей граверной мастерской пришлось отбросить, а попытки определиться в роли архитектора-чиновника на службе у Республики не увенчались успехом – места для венецианца Пиранези не нашлось. Насколько сильно было задето его честолюбие говорит тот факт, что спустя много лет в письме к сестре он вспоминал с обидой, что покинул город “из-за того, что не смог получить даже жалкое занятие”. В сентябре 1747-го он уезжал из Венеции, чтобы больше уже никогда сюда не вернуться, даже на похороны отца в 1755 году –этот закатный и божественно прекрасный город ничего не мог ему дать. Он возвращался в Рим. Навсегда. И Риму, и миру в этом смысле очень повезло…

Продолжение здесь: часть 2часть 3.

Цитаты по: Rai Cultura, Silvia Gavuzzo-Stewart. Piranesi e il suo primo mecenate Nicola Giobbe. Перевод Анны Коломиец. Другие источники: материалы каталога выставки в Бассано-дель-Граппа Giambattista Piranesi. Architetto senza tempo. Silvana Editore. 2020, La Repubblica Arte, Rai Cultura. Первое фото: Фронтиспис Giovani Battista Piranesi, источник Cambi Casa d’Aste; второе фото: Антонио Каналетто “Площадь Сан-Марко в Венеции”, 1739; репродукция перед главой о Риме Гаспар ван Виттель “Вид на Рим через Тибр на Замок Сант-Анджело”, ©Christie’s London; заключительное фото ©Anna Kolomiyets. Другие репродукции указаны по месту или из открытых источников.

Понравилось, поделитесь

Share on facebook
Share on twitter
Share on linkedin
Share on vk
Share on odnoklassniki
Share on telegram
Share on whatsapp

Добавить комментарий

Похожие материалы